Virginian (virginian) wrote in classic_art_ru,
Virginian
virginian
classic_art_ru

Categories:

Фонд Барнса - судьба коллекции

Оригинал взят у virginian в Фонд Барнса - судьба коллекции

Начало здесь:

Фонд Барнса или музей, о котором мало кто знает

Альберт Барнс и критики

Вокруг Барнса


Судьба коллекции Барнса не менее экзотична, чем история жизни самого Барнса.

Resize of ORG-Barnes-foundation


Барнсу, как и любому коллекционеру, было небезразлично, что станет с коллекцией после его смерти. Даже мысль о том, что его картины могут покинуть его родной Мерион и что кто-то другой будет развешивать картины по собственному разумению была для Барнса невыносимой. Казалось бы, что может быть проще, составить завещание и учредить трастовый фонд, в котором его верные последователи будут скрупулезно сохранять старые порядки. По этим порядкам коллекция будет оставаться закрытой для публики, разрешение на ознакомление с картинами будет даваться только в исключительном случае, кучка студентов, изучающих искусство не в счет. Картины не могут участвовать в выставках, запрещены цветные репродукции, остается закрытой история покупки картин и так далее.

Resize of Dr. Albert Barnes, founder of the Barnes Foundation

Барнс отнесся к этому вопросу максимально серьезно, он слишком хорошо знал повадки филадельфийского истеблишмента и как работают "независимые" суды. Пример был перед его глазами. Его друг и известный адвокат Джон Джонсон завещал свою коллекцию городу с условием того, что все картины будут оставаться в его особняке. На коллекцию положили глаз кураторы и попечители филадельфийского художественного музея. В особняк зачастили пожарные, санитарные и прочие инспекторы. По их отчетам выходило, что здание только чудом еще не рухнуло, крыша течет и по комнатам бродит всяческая живность. Власти подали жалобу в "сиротский" суд, а там уже "независимый" судья принял нужное решение. Через несколько дней все картины забрали, а особняк сравняли с землей.



Барнс разработал безупречное, как он думал тогда, юридическое решение. После его смерти фондом должен был управлять специальный комитет, в которой входили его жена Лора Барнс, его верная помошница Виолетта де Мазиа и несколько других лиц, которым он доверял. По мере "естественной убыли" членов комитета освободишиеся места должны были заниматься представителями университета Линкольна, еще один оригинальный ход непредсказуемого Барнса. Университет Линкольна был "черным" университетом, готовящим миссионеров для Африки. В этом выборе заключался еще один вызов чопорному филадельфийскому обществу. Деятельность фонда регулировалась уставом, продуманном до мелочей. Фонд по прежнему должен был оставаться закрытым для широкой публики и доступ разрешался только для студентов, изучающих искусство, в основном из того же университета Линкольна. В принципе, в завещении предусматривалась возможность частичного открытия фонда на один-два дня в неделю, но опять-таки, в чисто образовательных целях. Барнс оставлял это на усмотрение комитета.


Resize of Dr. Barnes


Отсчет нового времени для фонда начался 24 июля 1951-го года, в день смерти основателя фонда, неутомимого Альберта Барнса.

Упрямство и эксцентричность Барнса сыграли с ним злую шутку. Власти графства установили знак "Стоп" рядом с его поместьем. Барнс безуспешно протестовал и даже судился. Проиграв в суде, Барнс принципиально не останавливался на этом знаке.

24 июля 1951-го года Барнс, возврашаясь со своей фермы, в очередной раз проехал знак без остановки и столкнулся с тяжелым грузовиком. Барнса выбросило из машины и он погиб на месте, его любимая собака Фиделе долго никого не подпускала к его телу.






Паккард Барнса после столкновения

Resize of The wreckage of the car in which Albert C. Barnes was killed


Атаки на фонд, закрытый для публики, начались еще при жизни Барнса, дирижировал всем личный враг Альберта Барнса, владелец влиятельной газеты The Philadelphia Inquirer Вальтер Анненберг. На карикатуре, изображающей "врагов и захватчиков" фонда Барнса, Анненберг крайний справа.


allan hunter's the wreckers


Вот он, враг номер один:

Resize of Walter Annenberg


Трудно сказать, с чего началась вражда, но скорее всего поводом послужили уничижительные комментарии Барнса по поводу отца Вальтера, Мозеса Анненберга. Мозес Анненберг прославился во время газетных войн в Чикаго в начале века. Газеты боролись за распространение классическими чикагскими методами, газетные киоски конкурентов неожиданно сгорали, грузовики, доставляющие газеты оказывались в реке, часто вместе с водителями, пули летели во все стороны. Папаша Moзeс оказался очень умелым организатором этих войн и все конкурирующие газеты стремились привлечь его на свою сторону. В итоге победителем оказалась газета Чикаго Трибьюн, предложившая Мозесу больше всех. С тех пор дела Мозеса Анненберга сильно пошли в гору и он стал "владельцем заводов, газет, пароходов". Все бы ничего, но отец Вальтера решил пойти в политику, более того, он стал яростным критиком президента Рузвельта и его "Нового курса". Вертикаль власти в любой стране критиковать чревато, и США не исключение. Мозеса обвинили в неуплате налогов и отправили на три года в тюрьму, где он и умер.

Мозес (Моше) Анненберг

Resize of Moe  Annenburg


Через 7 месяцев после смерти Барнса газета Анненберга подала на фонд в суд, требуя открыть собрание Барнса для широкой публики. Этому предшествовала серия газетных статей, выставлявших фонд в неприглядном свете. Отчасти этому способствовали действия членов комитета, оказавшимися большими роялистами, чем король, покойный основатель фонда Альберт Барнс. Число разрешений на посещение фонда было сведено к минимуму, был введен запрет на посещение фонда детьми младше 12-ти лет, резко сократилось число студентов в образовательной программе. Хотя этот суд газета проиграла, она добилась сдвига в общественном мнении, и он был не в пользу фонда Барнса.


На несколько лет фонд получил передышку. Шедевры собрания Барнса по прежнему оставалась затворниками в Мерионе, как например эти картины Жюля Паскина:

529_600_bf186_i3r



Standing Girl in Blue Dress, 1914

StandingGirl in Blue Dress 1914



Seated Figure (Jeune fille assise) 1914

Seated Figure (Jeune fille assise) 1914



Reclining Nude, 1920

Reclining Nude, 1920


Nude and Books

Nude and Books (Nu et livres)



Nude, 1920

Nude, 1920


У Барнса были особые отношения с Паскином, ему посвящен отдельный зал в собрании фонда. Судьба художника была трагичной. Если Барнс после разгромной критики только закалился и в отместку закрыл свою коллекцию, то Паскин, расстроенный отрицательными отзывами о выставке 1930-го года в Нью Йорке, впал в депрессию и покончил жизнь самоубийством. Барнс был глубоко потрясен известием о смерти художника. Он прошел вместе с похоронной процессией до кладбища и там произнес очень проникновенную и эмоциональную речь.

После смерти Барнса фондом практически управляла Виолетта де Мазиа, маленькая хрупкая женщина, верная помошница Барнса, часто сопровождавшая его в европейских поездках.


Violette de Mazia



В истории отношений Виолетты де Мазиа с Барнсом и его женой, Лорой Барнс остается много недосказанного, многие предполагают, что это был классический ménage à trois. В своей книге "Art Held Hostage" историк Джон Андерсон предполагает, что Барнс торопился поскорее приехать в Мерион чтобы встретиться именно с де Мазиа в тот роковой для него день.

snapshot20160316175632



Виолетта де Мазиа со студентами

Violette de Mazia teaching a class at the Barnes Foundation



Виолетта де Мазиа с Джорджией О’Киф

Revived-from-the-Barnes-archives-its-ThrowbackThursday-Barnes-art-instructor-Violette-de-Mazia-and-a

Никто не осмеливался возражать ей, двери галереи по прежнему были плотно закрыты для историков и искусствоведов, попасть в галерею удавалось лишь единицам. Не сушествовало каталога фонда, к тому же де Мазиа запрещала делать цветные репродукции. В основе такого решения было мнение Барнса, что цветные репродукции не могут передать оригинальные цвета и искажают впечатление от предмета искусства. Хотя техника полиграфии сильно улучшилась со времен Барнса, запрет оставался в силе вплоть до 90-ых годов.

Первым поворотным пунктом для фонда стал 1958 год, на этот раз в суд уже подал прокурор штата, требованое осталось прежним, открыть коллекцию для публики. Давление было настолько мощным, что фонду пришлось уступить, тем более, что ограниченный доступ в принципе предусматривался в завешании Барнса, но только два дня в неделю и только по предварительной записи, ограничивалось также число посетителей. Тем не менее, архивы фонда оставались закрытыми для исследователей, включая информацию о провена́нсе (фр. provenance) - истории создания и владения предметом искусства. В остальном фонд продолжал скрупулезно следовать правилам, установленным создателем фонда, в том числе запрету инвестировать средства в акции частных компаний.

Единственным финансовым интрументом, который признавал Барнс, были облигации государственных займов. В свое время Барнс удачно продал свою фирму и вложил все деньги в государственные бумаги незадолго до кризиса. Увы, то что работало в 1929-ом году, оказалось миной замедленного действия в 70-ых и 80-ых. Вызванная вьетнамской войной и нефтяным эмбарго инфляция уменьшила вложения фонда в несколько раз по сравнению с 1951-ым годом. В 1988-ом году умирает де Мазиа, последний "апостол" Барнса в фонде. Новым президентом становится Ричард Глэнтон, энергичный юрист, введенный университетом Линкольна в состав комитета.

snapshot20160316175853


Сказать, что деятельность Глэнтона на посту президента фонда была бурной, значит ничего не сказaть. Первым делом Глэнтон устроил прием в Мерионе. Мало того, что он нарушил строгие предписания, запрещающие подобные мероприятия, он еще и пригласил на него не кого иного, как Вальтера Анненберга, злейшего врага Барнса. Дальше-больше, наиболее актуальной к моменту вступления Глэнтона в должность была проблема финансов фонда. Глэнтон предложил простое и эффективное решение проблемы, продать часть картин. Как бы отрицательно не относилась к ограничительной политике фонда местная общественность, сама идея даже частичной распродажи коллекции фонда вызвала активные протесты во всех слоях общества, даже Анненберг был против. Когда предложение продать часть картин было снято, Глэнтон обратился в суд за разрешением нарушить другой пункт завещания Барнса, а именно, отправить картины в международное турне. Разрешение было получено и картины отправились в свое первое путешествие.

snapshot20160316180102


Немногочисленные протесты остались без внимания

snapshot20160316180217


Голые стены в залах Мериона, воля Барнса была грубо нарушена

snapshot20160316180243


Выставки картин из собрания Барнса с огромным успехом прошли в Париже, Токио, Торонто и Вашингтоне. Завершающей была выставка-презентация в филадельфийском художественном музее, сосредоточении тщеславия и некомпетенции, по определению Барнса. Турне несколько поправило финансовое положение фонда, и Глэнтон стал искать другие источники пополнения средств. Решение лежало на поверхности, поднять цены на билеты и увеличить посещаемость галереи.

Мерион стал принимать посетителей 6 дней в неделю, автобусы прибывали один за другим

snapshot20160316180527


snapshot20160316180552


Толпы туристов оставляли после себя кучи мусора, все протесты местных жителей оставались без внимания

snapshot20160316180757


Последней каплей стало решение Глэнтона постороить дополнительную парковку, чтобы увеличить число автобусов, привозящих туристов в Мерион.

snapshot20160316180849


Жители близлежащих домов подали на фонд в суд

snapshot20160316180508


Глэнтон, опытный юрист, расчитывал на легкую победу, но соседи Барнса оказались людьми богатыми и влиятельными, тяжба затянулась. Не добившись успеха, Глэнтон стал разыгрывать расовую карту, обвинив жителей в принадлежности к Ку-Клукс-Клану присовокупив для верности упоминание, что все это еще и происки КГБ. В результате процесс затянулся на годы, судебные издержки превысили 6 миллонов, съев всю прибыль, полученную от зарубежных турне. В итоге фонд проиграл и были установлены жесткие ограничения на посещение галереи. Посещение разрешалось два (точнее два с половиной) дня в неделю и число посетителей не должно было превышать 500 человек. К этому моменту эскапады Глэнтона были уже настолько у всех в печенках. что члены комитета почти единогласно проголосовали за его увольнение с поста президента.

Финансы фонда снова оказались в плачевном состоянии. Попытки привлечь средства от частных лиц и организаций заканчивались как правило неудачей, никто не хотел жертвовать деньги на закрытую организацию, которая по прежнему отказывалась допускать исследователей в свои архивы. Этим не замедлили воспользоваться крупные благотворительные фонды, целью которых был контроль за престижной коллекцией. Был образован консорциум, состоящий из Pew Charitable Trusts, the Annenberg Foundation и H. F. (“Gerry”) Lenfest’s foundation. Заправилой был все тот же Анненберг, ведь это было делом всей его жизни.

Консорциум предложил фонду 150 миллионов при условии, что в комитет фонда будет добавлены еще 10 мест и коллекция будет перемещена в центр Филадельфии. Увеличить число мест можно было только с согласия университета Линкольна, чтобы получить его, университету пообещали финансовую помощь в размере 50-ти миллионов. Чтобы окончательно убрать возможные сомнения в университет приехал прокурор штата и намекнул, что он может вплотную заняться финансовыми махинациями президента университета и его помощников. К тому времени университет отчаянно нуждался в деньгах и в конечном итоге согласился. Дальнейшее было делом техники. Новые члены комитета единодушно проголосовали за переезд и "сиротский" судья Стенли Отт дал зеленую улицу переезду коллекции в другое здание.

snapshot20160316230259



3-го июля 2011-го года Мерион закрыл свои двери.

Были и такие протесты

barnesparkway-1


Новое здание фонда

Resize of Barnes-Museum-Parking-Lot-Side.jpg



Отголоски былых сражений все еще выплескиваются на улицы города

Resize of Barnes-Billboard-satire-


Как же отнестись ко всей этой истории с высоты прошедших лет?

С одной стороны, с фондом поступили более чем некрасиво, была нарушена воля его создателя и фонд оказался жертвой интриг и амбиций властей города и крупных благотворительных фондов. С другой стороны, картины оказались заложниками и были потеряны для нескольких поколений.

Можно ли было найти решение, которое бы устроило всех? Думаю, что вряд ли, слишком сильно все переплелось...

Ясно только одно, картины в этом не виноваты, они все так же прекрасны как и почти сто лет назад, когда они оказалась на стенах в залах Мериона благодаря неутомимому Альберту Барнсу.


Сезанн, Угол стола, 1895

A Table Corner 1895



Матисс, Фигура с букетом

Figure with Bouquet



Сезанн, Три яблока, 1878-1879

Three Apples (Deux pommes et demie) 1879




Домье, Les Ribaudes, 1849

The Ribalds (Les Ribaudes) 1849




Эль Греко, Явление Богородицы Святому Гиацинту, 1605 - 1610

Apparition of the Virgin and Child to Saint Hyacinth 1605 - 1610




Эль Греко, Благовещение,

Annunciation




Лукас Кранах Старший, Портрет герцога Саксонского, 1525

Lucas Cranach the Elder Portrait of Frederick the Wise, Duke of Saxony 1525



Ганс фон Кулмбах, Встреча Иоакима и Анны у Золотых ворот, 1510 - 1520

Hans von Kulmbach 1510 - 1520 Meeting of Joachim and Anna at the Golden Gate


Алексей Гриценко, Город-крепость, 1921

Чем-то привлек Барнса этот украинский художник, в собрании находятся 7 его работ

Alexis Gritchenko 1921



Алексей Гриценко, Рыбацкие лодки, Крит, 1921

Sailboats, Crete



Сезанн, Цветы, 1896–1898

The Flowered Vase (Le Vase Fleuri) 1895



Анри Руссо, Семья 1890

The Family 1890



Анри Руссо, Что едят кролики, 1908

The Rabbit's Meal (Le Repas du lapin) 1908



Матисс, Голова девочки, 1917

Head of a Young Girl 1917



Вильям Глакенс, At Mouquin's (популярный французский ресторан в Нью Йорке)

william glackens At Mouquin's



Мане, Женщина с голубями

Woman with Pigeons mid 60



Сезанн, Девочка с клеткой, 1988

Girl with Birdcage 1888



Виолетта де Мазиа, Ожерелье из лодок, 1949

Напоминает Жизненную геометрию, работу известного русского фотографа

A Necklace of Boats 1949



Гоген, Haere Pape, 1892

Resize of Haere Pape



Ренуар, Portrait de Mademoiselle Marie Murer, 1877

Resize of (Portrait de Mademoiselle Marie Murer)1877



Ренуар, Портрет молодой женщины, 1885

Resize of (Portrait de jeune femme) 1885



Ренуар, Портрет девушки в соломенной шляпке, 1866

Resize of (Jeune fille au chapeau de paille) 1866



Ренуар, Портрет молодой девушки в шляпке с розами, 1894

Resize of (Jeune fille au chapeau rose) 1894



Ренуар, Портрет молодой девушки с розой, 1877

Resize of (Jeune fille a la rose) 1877


Ренуар, Голова девочки

Resize of Tete de jeune fille)

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment